Официальный портал мэрии Казани

Альфия Заппарова: «В наших спектаклях всегда молодость, талант и мастерство»

Альфия Заппарова: «В наших спектаклях всегда молодость, талант и мастерство»

(Город Казань KZN.RU, 17 апреля Алиса Розанова). В этом году Оперная студия Казанской государственной консерватории им. Жиганова отмечает 20-летие своей деятельности.

Руководитель студии, заслуженный деятель искусств РТ, заведующая кафедрой музыкального театра КГК им. Жиганова, хоровой дирижер, профессор, Альфия Заппарова рассказала KZN.RU об истоках вокальной школы Казанской консерватории, «универсальных» вокалистах и мечтах о городском музыкальном театре.

В 2004 ГОДУ НАМ ПОСТАВИЛИ ЗАДАЧУ ПОДНЯТЬ СТАТУС ОПЕРНОЙ СТУДИИ

Альфия Ибрагимовна, с чего началась студия?

А.З.: Оперная студия Казанской консерватории – это творческая лаборатория для солистов, оркестрантов и хоровиков. Официально студия начала работу в 1993 году. В 2000 году на вокальном факультете открыта кафедра музыкального театра, и с тех пор Оперная студия прикреплена к кафедре. Но, так или иначе, все факультеты участвуют в проектах оперной студии.

Когда вы возглавили студию?

А.З.: Рубин Абдуллин (ректор КГК им. Жиганова) пригласил меня возглавить кафедру музыкального театра и студию в 2004 году. На тот момент я имела опыт руководства собственным хоровым коллективом «Хыял» и 7 лет работы хормейстером в Татарском академическом государственном театре оперы и балета им. Джалиля, где занималась крупными международными проектами, работала с голландскими, британскими оперными режиссерами. Надо сказать, театр им. Джалиля - масштабная фабрика по созданию опер, так что я прошла хорошую школу.

Известный итальянский дирижер Марко Боэми, который нередко приезжает в Казань, многому научил в трактовке итальянских постановок, в подходе к музыке Дж.Верди. Сейчас все полученные знания я стараюсь применять в Оперной студии консерватории. Особенно мне запомнился хоровой концерт в Конгресс-холле Амстердама, где мы представляли оперные сцены Дж.Верди. Когда наш хор трижды исполнял бис и меня приглашали на поклон, я думала - это какая-то сказка!

Работа студии с 2004 года как-то изменилась?

А.З.: В тот момент Оперная студия переживала переломный момент – менялись дирижеры, режиссеры. От контракта к контракту собиралась антреприза, после чего все участники спектакля «разлетались» кто куда. Рубин Абдуллин хотел стабильного состава, чтобы была команда, которая работала целенаправленно, а не от раза к разу. До этого спектакли ставились раз в год, иногда даже с перерывами. В 2004 году ректор поставил нам задачу поднять статус Оперной студии: выпускать как минимум 2 премьеры в год, продолжать постановки и гастрольную деятельность.

САМАЯ ТОНКАЯ РАБОТА – ОПЕРЫ МОЦАРТА

В этом году Оперной студии исполняется 20 лет. Какие достижения за эти годы можно выделить?

А.З.: Наибольшим достижением я бы назвала постановку оперы «Любовь к трем апельсинам» Сергея Прокофьева. Музыкальный язык Прокофьева очень сложный, структура оперы – не классическая. Было трудно найти солистов, мы несколько раз меняли состав, переносили даты… Думаю, постановка удалась только благодаря настойчивости нашего ректора. Посоветовавшись с режиссером, мы сделали несколько купюр, и в итоге у нас получилась замечательная постановка, в ней участвовали более 200 человек. Конечно, этот спектакль – не выездной, на него проще привезти публику.

Самая тонкая, я бы сказала, высокохудожественная работа – оперы Моцарта. В 2006 году мы поставили «Похищение из сераля», в 2012-м – «Свадьбу Фигаро». Обеими спектаклями дирижировал Лео Кремер из Германии. Это было очень точное попадание в музыку Моцарта. Немецкий дирижер чувствует стиль, создает легкий ажурный звук. Колоссальную работу провели и солисты. Артур Исламов стал дипломантом премии Бориса Покровского за роль Фигаро. Кстати, этой премии в 2010 году за роль Сарвар в музыкальной комедии Джаудата Файзи «Башмачки» удостоилась солистка студии Айгуль Хайри. Для ребят это - высочайшие достижения.

Как вы подбираете солистов в спектакли, организуете студентам некий кастинг?

А.З.: Вокалисты получают роли в зависимости от их амплуа и вокальных возможностей. Есть ребята, которые великолепны в итальянской музыке, владеющие бельканто или кантиленой или хороши в русских классических произведениях. А есть те, кто потрясающе исполняют партии в современных спектаклях. Они не владеют бельканто, но у них есть яркий артистизм и особый тембр голоса, который должен звучать в «Любви к трем апельсинам» Сергея Прокофьева или опере Гаммы Скупинского «Апостол».

Но есть и универсальные солисты, которые могут работать практически во всех жанрах  - Артур Исламов, Рузиль Гатин, Филюс Кагиров, Айгуль Хайри и др. Им доступна и западная классика, и русская, и татарская, - они владеют языком и национальным мелосом. Как оказалось, им не чужда и рок-опера, хороши они и в опереттах.

Как студенты консерватории попадают в Оперную студию?

А.З.: На втором курсе студенты начинают работу в оперных классах, и можно заметить, кто к какому жанру тяготеет, определить их вокальные и сценические возможности. Есть те, кто превосходно поют стоя возле рояля, но совмещение пения с движением им дается не просто, на это могут уйти годы. Есть актерски прекрасно одаренные ребята, но им пока неподвластен вокал. 

Приглядываюсь к ним, - вот этот курс осилит такую постановку, с теми можно мюзикл делать, с этими – детский спектакль, а этот будет хорош в национальном проекте и т.д. В спину выпускникам дышит подрастающее поколение вокалистов консерватории.

Что происходит со спектаклем, когда солисты покидают альма-матер?

А.З.: Если спектакль приглашают на гастроли в другие города, как, например, «Сильву», то возникает проблема замены участников. Практически все участники «Башмачков» уже окончили консерваторию, а солист Артур Исламов живет в Петербурге. Но в этом спектакле мы никого не можем заменить – эти персонажи настолько органично подобраны, что если заменять, то нужно ставить новый спектакль. Поэтому мы подстраиваемся под график участников.

Таким образом, выпускники получают бесплатные мастер-классы, занятия, необходимые для собственной карьеры, с нашими режиссерами, дирижерами, концертмейстерами. Кроме того, не у каждого солиста есть такая возможность – петь с хорошим симфоническим оркестром.

МУЗЫКАЛЬНЫМ СПЕКТАКЛЯМ НУЖНА ТЕАТРАЛЬНАЯ СЦЕНА

Как формируется репертуар студии?

А.З.: Есть проекты к юбилейным датам – например «Башмачки» мы поставили, чтобы привлечь внимание к творчеству композитора Джаудата Файзи. И юбилей уже прошел, а спектакль «прижился», мы его сыграли уже 9 раз в разных городах. И каждый раз он разный – в Елабуге сцена 1,5 на 3 метра – пришлось комкать все мизансцены. В Набережных Челнах органный зал, как футбольное поле – очень большой…

Каждый спектакль – индивидуальный живой организм, он дышит, в зависимости от сцены он то становится камерным, то расправляется, то звук очень яркий со звенящей акустикой, то очень мягкий, матовый, лиричный. В таких условиях невозможна заштампованность, и это важно. С  другой стороны, нам сложно создать репертуарную студию без собственной театральной сцены...

Концертная сцена БКЗ им. Сайдашева не подходит?

А.З.: Органная сцена с замечательной акустикой, но она не приспособлена для театральных постановок – там нет оркестровой ямы, закулисья, машинерии, художественного света.

В сцене нуждается не только Оперная студия. В Екатеринбурге, кроме оперного театра, например, есть музыкальный театр драмы и комедии, театр оперетты. Казани очень не хватает молодежного музыкального театра со своими экспериментальными балетами, оперными постановками, детскими спектаклями, мюзиклами. 

Несмотря на это, наши спектакли -  качественные в музыкальном плане и очень интересно обыграны режиссерски и актерски. Мы можем проиграть в декорациях, в свете, в какой-то технологической новизне, театральных находках и так далее. Но у нас на сцене молодость, горящие глаза и желание показать свой талант и мастерство.

Кстати, о молодости… Расскажите о постановках по произведениям композиторов-студентов консерватории?

А.З.: Талантливый композитор Елена Анисимова написала к 200-летию Гоголя одноактную оперу «Вий» по одноименному произведению писателя. Музыкальная трактовка оказалась настолько интересной, что нас даже не испугал сюжет, и мы поставили оперу. Это был очень удачный спектакль, он с успехом был воспринят во многих городах театрах Поволжья. Это была ее дипломная работа, и я считаю, для молодого композитора – увидеть только что написанное произведение на сцене – как выиграть в лотерею.

В 2010-2011 годах мы взялись за рок-оперу «Алтын-Казан» по либретто Рената Хариса. Музыку написал блестящий выпускник композиторского факультета Эльмир Низамов. Казалось бы – какая рок-опера - у нас не эстрадное, не джазовое отделение, мы не ГИТИС или Гнесинка (РАМ Гнесиных). Опера написана в полистилистике, в ней есть  национальный колорит, и архаика, роковые ритмы и краски в оркестре, он вводит и саксофон, и электрогитары и мощные ударные установки. В то же время насколько красивые вокальные мелодии – их хочется петь!

НАША МЕЧТА – МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТЕАТР

Расскажите о крупных проектах, в которых принимает участие студия в 2013 году?

А.З.: Фестиваль «К истокам мастерства» посвящен становлению вокальной школы. После открытия в 1945 году консерватории Назибом Жигановым, в Казань приезжали преподавать и давать мастер-классы профессора по вокалу, оперному пению из Ленинградской консерватории.

Тесная связь между консерваториями продолжается – мы возим своих выпускников на «ярмарку вакансий» в Санкт-Петербург, приглашаем профессоров на свои концерты и экзамены. А в рамках фестиваля «К истокам мастерства» Оперная студия представляет в Петербурге свои оперные постановки. В марте на сцене театра оперы и балета Санкт-Петербургской государственной консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова с успехом прошли «Башмачки» и оперетта «Сильва».

В этом году Оперная студия прошла определенный рубеж – 20 лет. Что дальше?

А.З.: Все, кто вкладывал душу и силы в развитие вокального мастерства Казанской консерватории, мечтали о создании Оперной студии, о том, что будет собственная сцена, что мы не ограничимся отрывками из опер, а будет ставить полноценные спектакли. Это целая плеяда музыкантов – Назиб Жиганов, Джаляль Садрижиганов, Нияз Даутов и другие. 20 лет насыщенной работы не означают, что мы всего достигли.

Рубин Абдуллин мечтает создать в консерватории факультет музыкального театра. Если нам удастся это воплотить, мы станем выпускать не только вокалистов, но и актеров музыкального жанра комедии, оперетты, мюзиклов, а также режиссеров музыкального театра. 


 

 

▲ Наверх